На грани заката

Статья д.т.н., профессора П. Хомякова “На грани заката”

 

Понятие “глобальные проблемы” было введено в оборот в работах известного Римского клуба в конце 1970-х годов. Под глобальными понимались проблемы, так или иначе, прямо или опосредовано, касающиеся всех стран мира. К этим проблемам были отнесены: энергетическая, сырьевая, экологическая, продовольственная, демографическая. Иногда как отдельная глобальная проблема выделялась проблема угрозы ядерной войны.

Следует отметить, что с самого начала существовали достаточно пессимистические прогнозы относительно возможности решения этих проблем. Известные работы Д. Форрестера и Д. Медоуза, легшие в основу выводов о т.н. “пределах роста”, доказывали, что реальными альтернативами являются или прекращение роста производства и потребления в глобальном масштабе, или системный кризис всей современной цивилизации.

Наступление кризиса прогнозировалось в пределах достаточно широкого временного диапазона, начиная с 1995 года и заканчивая 2025 годом. Однако наиболее вероятным представлялся интервал с 2008 по 2015 год.

Следует отметить, что пессимистические выводы авторов “Пределов роста”, в отличие от более поздних оптимистических прогнозов, базировались на модельных расчетах. Можно много критиковать весьма упрощенные модели Форрестера и Медоуза, но авторы более поздних исследований глобальных проблем в обоснование своих выводов не представляли, как правило, вообще никаких расчетов. А тем более комплексных моделей, в которых бы в рамках одного программно-вычислительного ком-плекса во взаимной увязке исследовались бы экологические, ресурсные, демографические и экономические процессы.

Более чем поверхностно исследовались (если это вообще делалось) процессы научно-технического развития.

У исследователей, занимавшихся глобальными проблемами с самого начала появления этой научной темы, к числу которых относится и автор данной статьи, создается впечатление, что под современными оптимистическими доктринами решения глобальных проблем вообще нет никакого научного обоснования.

И эти доктрины являются просто перечнем благих деклараций, составленных в духе модной сейчас политкорректности. К сожалению, в рамках краткой статьи у нас нет возможности развернуто обосновать данное утверждение.

Однако мы можем констатировать, что реальная жизнь подтверждает в целом прогнозы Медоуза и Форрестера, а не их более поздних оппонентов.

Так, например, прогноз авторов “Пределов роста” об устойчивой тенденции роста цен на энергоносители, начиная с 2005 года, полностью подтверждается.

Подтверждается также их тезис о том, что цивилизационная напряженность будет реализована в совершенно неизвестных в конце 1970-х годов формах. Что мы и видим сейчас, когда вместо достаточно предсказуемого и прозрачного противостояния двух мировых политических блоков мы наблюдаем с рациональной точки зрения необъяснимый всплеск неуловимого, но вполне реального “международного терроризма”.

Весьма недвусмысленно подтвердился и вывод авторов “Пределов роста” о том, что по мере роста перенаселенности земли сама биосфера начнет генерировать заболевания, способные радикально сократить численность населения. При этом никакое улучшение медицины не способно будет остановить эту тенденцию.

Одно из “новых заболеваний” вызовет глобальную пандемию. И чем позже, при более высокой плотности населения это произойдет, тем кардинальнее будет вымирание.

Появление сначала СПИДа, а теперь птичьего гриппа подтверждает эти выводы. Можно вполне обоснованно предполагать, что решение проблем борьбы с этими болезнями вызовет в конце концов появление такого заболевания, которое в соответствии с прогнозами Форрестера и Медоуза, сократит население земли в три-пять раз.

Собственно, теоретическая возможность такого развития событий уже очевидна на примере Африки, где на 60-80% ВИЧ-инфицированное население просто вымрет на эту величину от эпидемии смертельной в данной ситуации оспы. Вероятность чего полностью исключать нельзя.

Таким образом, можно утверждать, что проблемы глобальной нехватки ресурсов, ухудшения качества среды и перенаселенности земли в целом остаются нерешенными.

И имеются только два варианта их разрешения.

Первый, обоснованный авторами “Пределов роста”. Он состоит в том, что сама биосфера выработает механизмы радикального (не менее, чем в три с половиной раза) сокращения населения земли. И тогда автоматически будет решена проблема перенаселенности, нехватки ресурсов, ухудшения качества среды.

Второй, который предполагает решение хотя бы части глобальных проблем на путях новой НТР. Это решение хотя бы части глобальных проблем в силу взаимосвязанности этих проблем даст возможность в будущем решить их все.

При всей декларативности таких утверждений, проиллюстрируем их реальность на примере энергетической и, отчасти, ресурсной и экологической проблем. Устойчивая тенденция к росту цен на энергоносители наилучшим образом свидетельствует об их растущем дефиците. Это, повторяем, наиболее яркая, общеизвестная интегральная характеристика данного процесса. Хотя есть много других более специфических показателей, характеризующих этот дефицит.

Между тем уже сейчас существуют, причем реально воплощенные, технологии, позволяющие существенно сократить потребление энергоресурсов без снижения выработки тепла и энергии.

Можно с некоторой долей условности сгруппировать их в следующие классы.

Первое. Различные технологии, позволяющие, с одной стороны, использовать более низкосортное горючее (вплоть до бытового мусора), а с другой стороны, существенно, до 60-65% повышать КПД энергоустановок.

Не всегда эти две тенденции с одинаковой результативностью воплощаются в одних и тех же изделиях. Но порознь они давно реализованы. Например, в энергоустановках с т.н. “кипящим слоем”, где достигается КПД гораздо выше традиционных 30-35%.

Имеются и менее известные, однако уже работающие т.н. “газогидратные” турбины, “турбины Полетавкина” и другие аналогичные установки.

Очевидно, что общая тенденция радикального, на десятки процентов, повышения КПД и возможность использования низкосортного горючего помимо решения энергетической проблемы (рост выработки энергии при неизменности затрат энергоносителей) одновременно способствует смягчению экологической проблемы. Что осуществляется уменьшением выбросов на единицу выработанной энергии, а также возможностью более полной утилизации горючих бытовых отходов при использовании низкосортного горючего.

Второе. Использование при теплообеспечении установок, построенных в соответствии с принципом т.н. “тепловых насосов”. Этот принцип был запатентован еще в 1930-х годах известным советским изобретателем П.К. Ощепковым.

Описание этого принципа слишком сложно, и формат данной статьи не позволяет нам приводить его. Скажем лишь, что расход энергии при сохранении исходного уровня теплообеспечения сокращается как минимум в два раза. В более сложных вариантах реализации в три, пять и даже семь раз.

Соответствующие установки созданы и работают уже более семи лет. В частности, в котельной НПО им. Лавочкина. Экономия горючего оценивается примерно в один миллион рублей в месяц в ценах 2003 года.

Напомним, что около 60% энергии в России тратится на теплообеспечение. И экономия этих расходов хотя бы в два раза сразу решает энергетическую проблему, по крайней мере, в масштабах нашей страны. А также Украины, Белоруссии, стран Северной и Центральной Европы.

Разумеется, в рамках подобного решения энергетической проблемы сразу автоматически смягчается и экологическая проблема. В соответствии с механизмами, о которых мы писали выше.

Помимо перечисленных, реально работающих и готовых к широчайшему тиражированию технологий можно было бы упомянуть и другие, менее разработанные технически, но физически вполне реализуемые масштабные энергетические проекты.

Не желая превращать наш аналитический материал в научно-популярную статью, заметим лишь, что большим энтузиастом подобных проектов был президент США Д. Картер. Которого никак нельзя отнести к бесплодным мечтателям.

Но, повторим, эти пока технически не воплощенные замыслы не меняют общей оценки ситуации. Которая сводится к тому, что решить энергетическую проблему можно немедленно. При этом существенно смягчается экологическая проблема. И отчасти ресурсная. Ибо дефицит многих видов сырья мнимый. Многие широко распространенные в земной коре элементы сейчас просто нельзя извлекать в силу высокой энергоемкости соответствующих процессов. Поэтому их добывают только из наиболее, с энергетической точки зрения, приемлемых видов сырья.

Например, алюминий добывают из бокситов. И подсчитывая мировые запасы бокситов, делают выводы об их скором исчерпании.

Но говорить об исчерпании алюминиевого сырья на Земле, при том что земная кора на 7% состоит из алюминия, с научной точки зрения просто не корректно. При решении энергетической проблемы дефицит алюминия на Земле не наступит никогда. И это относится к очень многим видам сырья. Надеемся, что приведенными примерами мы если не доказали, то хотя бы убедительно про-демонстрировали, технические возмож-ности немедленного решения многих глобальных проблем. Зададимся вопросом: почему эти решения не реализуются? Ответ очевиден. Если объективно существующие возможности не реализуются, то причиной тому субъективный фактор. В случае с энергетическими проблемами этот фактор известен. Это могущественное топливно-энергетическое лобби. Которое более чем влиятельно и в мировом масштабе, и в масштабе отдельных стран.

Другим субъективным фактором, сдерживающим реализацию кардинального решения ряда глобальных проблем, является принципиальная невосприимчивость бюро-кратических структур как государственного управления, так и управления крупнейших ТНК к внедрению инноваций. Эта опасная тенденция видна многим аналитикам. Так, на нее обращалось внимание еще в “Докладе президенту” Комиссии по конкурентоспособности при Конгрессе США от 1992 года.

Возможность преодоления упомянутых субъективных ограничений видится в возможно более широком внедрении гибких систем управления, восприимчивых к инновациям. Причем не только в производстве или экономике вообще, но и в государственных структурах.

Следует помнить, что альтернативой этому будет являться решение глобальных проблем путем многократного сокращения населения в процессе глобальных пандемий и неуправляемых спонтанных социальных конфликтов в соответствии с прогнозами авторов “Пределов роста”.

 

Петр Хомяков,

доктор технических наук, профессор.